Блюдо – большая тарелка

Блюдо – большая плоская тарелка, как правило, круглая или овальная, обычно с широкими краями. В средневековой Руси блюда были необходимой принадлежностью торжеств и пиршеств. На блюдах подавали к столу кушанья, их ставили на стол, из них ели. На больших овальных или круглых блюдах с двумя или четырьмя кольцами по краям приносили пищу из поварни (часто одно блюдо несли два человека). Блюдо, на котором подавали на стол “царское кушанье” – искусно зажаренного целиком лебедя, называлось лебяжьим. Были также гусиные, икорные блюда, блюда, на которых подавали жареную говядину и баранину. Блюда особой формы для овощей назывались овощниками. На пирах гости ели с одного блюда по два человека, и такие блюда носили название блюдца. Перед хозяином и почетными гостями ставились опричные, или особые блюда. Это почиталось за честь. Серебряные блюда изготавливались с широкими бортами и украшались надписями, резьбой, драгоценными камнями, “ложками”. Большое количество серебряной посуды – кубков, блюд, кружек – ввозилось в Россию из Западной Европы в качестве посольских даров. Среди них были немецкие блюда-лохани. Это блюда довольно большого размера, на дне которых изображались целые живописные чеканные картины на темы Священного писания, пейзажи, различные античные и светские сюжеты. Борта блюд декорировались широкой орнаментальной каймой. Блюда-лохани создавали впечатление картин и часто использовались для украшения парадных покоев, как за рубежом, так и в России. Столовая посуда при царских и княжеских дворах на Руси в XVI-XVII вв. в большинстве своем была серебряная и золотая. Богатство и обилие ее изумляло иностранцев. Так, германский посол Ламберт, посетивший великого князя Василия III, пишет, что “посредине столовой столы, покрытые серебряной посудой, гнулись от ее тяжести”. Датчане, прибывшие с женихом Ксении, дочери Бориса Годунова, увидели “четверо-угольный стол, искусно украшенный серебряными подносами, чашами, блюдами, кубками”. Драгоценную посуду использовали на приемах и выставляли напоказ. В повседневной жизни дворянство и бояре пользовались деревянной посудой с позолоченными краями, изготавливаемой в монастырях. Оловянные блюда и тарелки были редкостью. Немецкий ученый Олеарий, посетивший Москву в начале XVII в., пишет, что “у богатых людей редко встречалась оловянная посуда, и за редкость считалось, если серебряная появлялась у бояр”. Золотые блюда на Руси употреблялись в особо торжественных случаях – таких, как венчание на царство или царская свадьба. Ко дню свадьбы Ивана IV и его второй жены, “дикой нравом и жестокой душой” кабардинской княжны Марии Темрюковны, было сделано золотое блюдо, вычеканенное изогнутыми “ложками”. На этом блюде по древней русской традиции невесте преподнесли со всем свадебным нарядом. Кроме светских на Руси создавались церковные блюда, которые использовались в храмах и монастырях во время богослужения. На гладкой поверхности дна блюд располагались сложные резные композиции на сюжеты из Евангелия, например, “Знамение Божьей Матери”, “Распятие”, “Положение во гроб” и т.д. Борта блюд украшались богатым орнаментом из букв, разреженных чеканными розетками и звездами. Блюда, как и другая посуда, оставлялись в наследство и дарились. Так, перед поездкой в Орду князь Иван Калита свою казну разделил между сыновьями и княгиней, причем “… князь Семен получил три блюда, князь Иван – одно блюдо персидское… и два меньших блюда, князь Андрей – одно серебряное блюдо и два малых. Наконец, одно большое блюдо с четырьмя кольцами завещалось дому Богородицы Володимирской”. В 1817 г. Александру I Таганрогским греческим обществом были поднесены два блюда русской работы: одно – с вензелем Елизаветы Алексеевны и гербом Казани, другое – с видами Таганрога. Блюдо, представленное на иллюстрации, украшено чеканными изображениями лавровых и дубовых ветвей, серебряными монетами: рублем Петра I 1725 г., коронационным рублем Николая II. В середине блюда помещена золоченая монограмма КК под дворянским гербом, а вокруг нее – слова здравицы: “Пием ти братичко на здравие и на твое и на наше! Гло… Гло… Гло… Глория!” Блюдо было подарено вместе с кубком аналогичной работы полковнику Кексгольмского полка К. Клею сослуживцами-офицерами. Традиция использовать искусно украшенные блюда в качестве призов и подарков сохраняется по сей день.