Современный дизайн в ювелирных украшениях

Искусство создания украшений не исключение в общем ряду прикладного искусства.
Прежде чем говорить о современном искусстве, определим, что отличает произведения ювелирного искусства от других декоративных произведений. Мне представляется, что решающими моментами являются материал и техника исполнения. Когда мы говорим “ювелирное изделие”, мы прежде всего представляем себе изделие драгоценное, как по материалу, так и по исполнению. Когда люди говорят о чемто тонко и изящно исполненном, они применяют термин “ювелирно”. И не случайно, так как именно тончайшая работа превращает предмет в драгоценность. Потому следует разделить украшения на декоративные (просто) и ювелирные (хотя они тоже декоративные). В первых художник может применять любые материалы: резину, эбонит, текстолит, пробку, дерево, кору деревьев, семена растений, скорлупу орехов, нитки, шкурки, керамику, кожу, акрил и т. д. и т. п. Соединить их в единое пластическое целое автор может как ему угодно, чтобы достичь образного решения. Он может вообще не знать ювелирной технологии, но тем не менее создать неожиданное, поражающее воображение произведение. Среди подобных опытов есть и очень интересные и просто красивые изделия, но, как правило, они совершенно не утилитарны. Во многих случаях носить их невозможно, прежде всего, по техническим причинам. Они или слишком жесткие, или слишком острые (физически), слишком колючие, слишком крупные, мешающие двигаться и т. д. Подобные изделия мы видим в коллекции музея “Пфорцхайм”, на выставках американских и скандинавских дизайнеров. Ценность этого направления заключается в том, что найденная в этих произведениях пластика занимает умы художников-ювелиров, влияет на их воображение, заставляет искать внутри привычного ювелирного новые образцы, не отказываясь от главной задачи создания драгоценности. На мой взгляд, технических возможностей собственно ювелирного дела сегодня вполне достаточно для создания произведений любой стилистической ориентации. При этом можно идти как по пути технологического совершенствования известных методов, так и по пути нового применения уже известных форм и материалов.
Так, стремление к максимальному выявлению природных свойств драгоценных камней привело к открытию совершенно новой закрепки “invisible setting”. Эта закрепка хороша, когда надо создать достаточно большую поверхность, где видны только камни, а металл невидим. На этой основе может появиться ряд совершенно новых форм украшений а может и не появиться и быть использовано в традиционных формах. Все зависит от художника, от остроты задуманных им образов.
Не меньшие возможности возникают при плетении цепей, кольчужного полотна, тканей из золотых нитей. Применяя золото различных цветов, пропуская цепи или полотно через вальцы, матируя их или полируя, используя алмазную обработку, соединяя с вставками из камня, эмали, перламутра, можно создать небывалые фантастические формы, которые по своей смелости ни в чем не уступают украшениям ювелирным, но при этом будут функциональны и драгоценны по своей сути. Это же можно сказать и о применении любого технического новшества, любого нового материала, но все зависит от художника. Вообще оба направления, как ювелирное, так и декоративное, постоянно влияют друг на друга, проникают одно в другое, и это взаимное влияние надо приветствовать как одну из основ прогресса в прикладном искусстве.

Часто на выставках современного ювелирного искусства слышишь, что наши художники-ювелиры проявляют недостаточно смелости при создании украшений. Думаю, что это не всегда справедливо. Если мы более профессионально подойдем к классификации украшений, то поймем, что в рамках ювелирного искусства есть немалые достижения. Взять хотя бы работы последних лет В. Поволоцкой, В. Черновой, Д. Климиной, Н. Нужина, Теплицкой и др.
Здесь нелишне вспомнить Игоря Малкиеля – одного из лидеров современного исксства украшений.
Ювелирному делу Малкиель нигде не учился. И ему с неизбежностью пришлось пройти путь проб и многочисленных ошибок. Сначала сотрудник отдела Востока Государственного Эрмитажа занимался копированием орнаментов, отдельных элементов изделий, найденных во время археологических раскопок в Таджикистане, Узбекистане, Киргизии… Затем впервые попытался воплощать в металле и камне собственные идеи.
Ныне ювелир Малкиель — участник профессиональных выставок. Его хорошо знают в петербургском клубе молодых ювелиров при Фонде Фаберже. На конкурсе, посвященном 150летию Фаберже, он получил поощрительный приз в номинации “Ювелирное изделие”. В прошлом году стал победителем (в номинации “Ювелирный дизайн”) Конкурса молодого ювелира, также организованного Фондом Фаберже. Серьги, кольца, браслеты, заколки, сделанные им, отличают сложность техники, элегантность. И экстравагантность — но “самого хорошего тона”. Круг лиц, которые носят изделия “от Малкиеля”, узок и вряд ли увеличится в перспективе. Эти работы не тиражируемы, они всегда рассчитаны на индивидуальность, на определенный тип лица, характер.
— Интересно работать лишь с теми людьми, которых заботит не вес металла, а качество изделия и его художественное решение, — говорит Игорь Малкиель. — Я могу увидеть лицо в толпе, которое неожиданно станет источником вдохновения. И в результате родится украшение. Мне кажется, что в ювелирном деле мастер может быть ограничен только собственным желанием и ничем другим.
Он уверен, что ювелир не должен испытывать недостатка во времени и, самое главное, в материалах. И сам любит работать с металлами, которые, “даже пролежав в земле тысячу лет, смотрятся так, будто вчера вышли из рук ювелира”. Именно так выглядит золото, найденное при раскопках.
— Ювелиру необходима свобода и в работе с драгоценными камнями, — считает Малкиель. — Камни очень дороги. И это сковывает огранщиков. Не много найдется мастеров, которые согласятся распилить, скажем, изумруд, чтобы потом из пластин сделать пирамиду. Между тем в ювелирном деле не должно быть ничего “невозможного”! От огранщика вообще многое зависит: поймает он игру камня или нет. Заставит его излучать свет, энергию, или, выйдя из его рук, камень будет напоминать бутылочное стекло. А если к мастерству и таланту огранщика еще добавляется определенная “смелость”, если он готов идти на эксперимент — это редкая удача для ювелира.
В первых изделиях Игоря Малкиеля были отчетливыми классические мотивы. Позже, “заскучав”, он стал пытаться создавать новые, нетрадиционные веши: украшение для уха из платины с бриллиантом, “утопленным в ушной раковине”, заколку”корону”, формирующую прическу. Но, даже придумывая новые вещи, считает он, можно обращаться к различным временам и школам, использовать забытые современными ювелирами элементы украшений или орнаменты:

К сожалению, сегодня преданы забвению многие виды ювелирных изделий, популярных и носимых еще в прошлом столетии или в начале нынешнего. Только один пример пряжки для одежды или обуви. Они и сегодня дают простор для фантазии ювелира. Но об этом редко вспоминают. Зато в определенных кругах считаются модными безвкусные “печатки”, “культовые подвески”, призванные демонстрировать богатство и мощь владельца. Подобный стиль тоже относится к временам минувшим, когда можно было вместо пригоршни золотых отдать дорогой перстень вместо платы. Но сегодня этот стиль скорее смотрится жутковатой пародией. Это “мертвые” вещи. Согласно теории ювелира Малкиеля, все ювелирные изделия можно разделить на живые” и “мертвые”:
— “Мертвая” вещь просто повисает на ухе или “торчит” на пальце. А “живая” обязательно согревает владельца, подчеркивает его индивидуальность.
Игорь Малкиель, разумеется, хочет, чтобы его изделия “жили”.
— Чтобы серьга, например, сидела как влитая, подчеркивала красоту женского уха, длину шеи, я снимаю по 10 — 15 мерок, — говорит он, — работая в графических компьютерных программах с фотографией человека, который будет носить украшение. Для того чтобы иметь представление, насколько мой замысел соответствует типу и выражению его лица, прически. Все ювелирные операции я делаю вручную. И только сам: никому ничего не поручаю!
Ювелирные изделия от Малкиеля имеют еще одну редкую особенность, на которую, может быть, не сразу обращают внимание даже их обладатели. Эти украшения можно разглядывать с непарадной, обратной стороны. При этом не просматриваются невдохновляющие “детали конструкции”: заклепки, следы от пайки, элементы, открывающие некоторые секреты мастерской ювелира, которые владельцу знать совсем не обязательно.
Профессиональная “кухня” Игоря Малкиеля предполагает тщательную и кропотливую проработку деталей.
— При этом всегда имеет смысл учитывать, что вещь на бумаге и в металле — это будто две разные “жизни”, — замечает ювелир. Имея дело с эскизом, нельзя точно сказать, хорошо получится в материале или нет. На этом пути не избежать разочарований.
Зато, возьмем на себя смелость утверждать, разочарование редко постигает тех, для кого Игорь Малкиель делает украшения. При этом он не побоится спорить, войти в противоречие со сложившимся у вас представлением о собственном образе. И скорее всего, не удастся убедить его изготовить изделие только потому, что вы видели такое же в каталоге и в этом сезоне “их носят все”. Подобная мотивация вряд ли покажется Малкиелю убедительной. “Ведь если в таких случаях идти на поводу у массового вкуса, — уверен он, — результат может оказаться неутешительным для владельца изделия. И для мастера, естественно, тоже”. Впрочем, такое “упрямство” ювелира не становится препятствием в общении с теми, для кого он делает свои веши. Выразительная деталь: когда Игорю Малкиелю потребовались некоторые из созданных им украшений для очередной выставки, было непросто заставить владельцев расстаться с ними хотя бы на несколько дней.